В данной заметке мы рассмотрим различные попытки катынских "ревизионистов" навести тень на плетень относительно различных рукописных помет на записке Берии. Начнем, как всегда, с нашего любимого мальчика для битья - Юрия Мухина. Именно он впервые в концентрированном виде изложил "аргументы", используемые исторически безграмотной публикой и поныне. Например, вот как один недалекий сетевой национал-сталинист ссылается на мухинские потуги:Почти в конце книги Ю. Мухин проводит что-то вроде практикума по выявлению фальшивок. Из четырех факсимильных копий документов он предлагает читателю указать поделку[sic - С.Р.]. А топом[sic - С.Р.] детально разбирает, почему именно этот "документ" следует считать подделкой. Экий доктор подделковедческих наук! Что ж, давайте взглянем на его аргументацию.

Итак, Катынский детектив (1995), §93:
Составители сборника привели факсимильное изображение подписи Берии под письмом и от себя сделали примечание о том, что еще они видели (или им об этом рассказали) на этом письме.На первой странице документа подписи И.В.Сталина, К.Е.Ворошилова, В.М.Молотова, А.И.Микояна. М.И.Калинин и Л.Н.Каганович на заседании отсутствовали, но высказались "за".
В пункте III фамилия Берии вычеркнута, вписана чернилами фамилия Кобулова.
Никаких других надписей составители сборника не обнаружили, в связи с этим к ним естественный вопрос - как они узнали, что Калинин и Каганович не присутствовали, но высказались "за"? Как они увидели это из данного текста или кто им об этом сказал?
Когда Мухин писал свою первую книжку, он документы эти еще в глаза не видел. И "опровергал" лишь по чужим описаниям, потому и не догадался, что на самом документе стоят пометы о том, как проголосовали Калинин и Каганович. Классный специалист, правда? Идем дальше:
Второе. Подпись ставят под собственным изделием - письмом, приказом, резолюцией. На чужом документе - это роспись. Ни о каких резолюциях Сталина, Ворошилова и других не упоминается, следовательно, на этом документе подпись Берии и роспись членов Политбюро. Это тонкость, но сейчас она становится очень важной.
Дело в том, что подчиненный (в данном случае - Берия) обращается к начальнику (Политбюро) за помощью, либо за согласованием своих действий. Есть и другие случаи, но нас сейчас интересуют только эти два, так как простая роспись или подпись под резолюцией на этих двух видах обращений имеют прямо противоположное значение. Получив от подчиненного документ, начальник не имеет права на нем не расписаться, так как будет неясно, видел ли он его вообще, и важна не его роспись сама по себе, а случай, по которому он ее ставит.
[…]
Нам нужно из "письма Берии" уяснить - просил ли он Сталина поработать или согласовать его собственное действие. Вы уже видели - максимум, что разрешалось НКВД, да и то под контролем Генерального прокурора, - это сослать человека сроком до 5 лет или посадить в тюрьму до 8 лет. А Берия "просит" права расстрела, да еще и огромного числа людей. Чтобы предоставить это право, Политбюро обязано было обратиться в Верховный Совет за соответствующим Указом, разработать положение об этой "тройке". Чтобы аппарат Политбюро мог это сделать, члены Политбюро обязаны были на "письме Берии" оставить резолюции, свои команды аппарату.
[…]
А на "письме Берии" стоят простые росписи, там нет резолюций "за", "согласен" и т.д. И эти простые росписи означают, что Политбюро Берии в его просьбе отказало.
Цитата немного урезана, в оригинале гораздо больше воды. Пример довольно показательный – из какой-то мелочи Мухин раздувает "далекоидущие последствия". Да вот беда – на документе таки стоит сталинское "за".



И мухинский воздушный замок рассеивается как дым…

Впрочем, стоит ли говорить, что даже если бы на документе не стояла резолюция "за", из этого никак не следовал бы вывод о том, что "Политбюро Берии в его просьбе отказало". Про исторический же идиотизм Мухина относительно властных механизмов в сталинский период ("Политбюро обязано было обратиться в Верховный Совет за соответствующим Указом") я уже писал в заметке Записка Берии: тройка, повторяться не буду. Разве что еще посоветую почитать старинную книгу О.Хлевнюка Политбюро. Механизмы политической власти в 30-е годы. (М.:РОССПЭН, 1996).

После опубликования Катынского детектива прошло какое-то время. Мухин сделал неимоверное усилие воли и ознакомился-таки с "опровергаемыми" им документами. И, разумеется, выдал очередную порцию "аналитики". Антироссийская подлость (2003), §§586-588:

Начнем с делопроизводственных признаков подделки этого "документа", тем более, что первые два из них настолько вопиющи, что, честно говоря, если бы мне поручили изготовить эту фальшивку так, чтобы подделка сразу же бросилась в глаза, то я не догадался бы внести эти признаки.

Первый признак воистину уникален. На развороте стр. 684-685 даны фотокопии четырех писем Сталину с его и других членов Политбюро резолюциями и росписями на первых листах: три письма подлинных и одно — подделка. Не пытайтесь читать эти документы, не надо в них всматриваться, можете даже отодвинуть книгу от себя так, чтобы были видны все четыре фотокопии сразу. Скажите — какой из этих документов подделка? Думаю, что многие сразу дадут правильный ответ — второй. А тот, кто не понял, почему второй, пусть не огорчается — просто он такой же наивный, как и я в молодости.



[Далее пропущены воспоминания Мухина о молодости и рассуждения о том, почему резолюции начальники ставят "косо и обязательно снизу вверх и слева направо" – С.Р.]

И все начальники-правши всегда пишут и расписываются на документах только так! (Как пишут резолюции левши, я не встречал). Даю вам гарантию в 200%, что вы не встретите ни единого подлинного документа, на котором бы даже один руководитель расписался иначе, поскольку это невозможно.

А на фальшивке № 1 сразу четыре члена Политбюро расписались слева направо, но сверху вниз!? Это начисто исключено! Это не они расписывались, даже если их подписи воспроизведены с точностью до микрона. Чтобы так расписаться, нужно документ держать таким образом, что его строки будут перпендикулярны глазам и читать их будет невозможно. Зачем бы членам Политбюро это делать, тем более, что ни они и никто другой никогда ни раньше, ни позже подобного идиотизма- не делали? Это настолько явный, вопиющий признак подделки, что имеет смысл немного поразмышлять над тем, почему специалист по подделке почерков этот признак ввел в фальшивку.

Такие специалисты были только в КГБ СССР, поскольку в других ведомствах им нечего делать. […]

Именно такой специалист и воспроизвел надписи и подписи на геббельсовских фальшивках. Но возникает вопрос, а нравилось ли ему это задание? Подонки-геббельсовцы всех судят по себе и наверняка полагали, что если они дали этому спецу доллары, то тот обязан быть счастлив. Но был ли этот специалист доволен ролью предателя Родины? И вполне не исключено, что он, не имея возможности отказаться (его бы сразу убили), сделал свою работу так, что комар носа не подточит в части точности подписей, но одновременно и так, что подделка немедленно бросается в глаза любому, если он не геббельсовский придурок. Другого объяснения у меня нет.

Таким образом, левое расположение подписей членов Политбюро на геббельсовской фальшивке № 1 без малейших сомнений свидетельствует, что это подделка.
Давайте сначала поиграемся с этим аргументом с чисто формальной точки зрения.

На самом деле Мухин по сути выдвигает два аргумента:

а) практический: "необычный" наклон – признак подделки потому, что "чтобы так расписаться, нужно документ держать таким образом, что его строки будут перпендикулярны глазам и читать их будет невозможно";

б) статистический: "необычный" наклон – признак подделки потому, что такой наклон не встречается в других документах (в частности, в документах Политбюро).

Первый аргумент настолько очевидно абсурден, что разбирать его даже как-то странно. Действительно, Мухин подразумевает, что процесс проставления резолюции всегда следует немедленно после прочтения документа. Ну а что если начальник сначала пустил его вкруговую? Что если по прочтении документа начинается обсуждение? И т. п., и т.д. Более того, в записке Берии 4 листа. Это само по себе означает, что между прочтением первой страницы и проставлением на ней резолюций проходит какое-то время, проделываются какие-то другие действия. На такой аргумент может повестись только полный идиот.

Второй аргумент немножко интереснее. Если допустить, что наклон резолюций на записке Берии уникален, что на десятках тысяч других аналогичных документов мы не найдем похожего наклона, то тут еще есть о чем подумать и поспорить.

Но ведь это Мухин и мухинцы обязаны доказать, что такой наклон уникален. Для этого они должны исследовать архивные документы, сделать репрезентативную выборку, провести статистический анализ и так далее. А что мы наблюдаем в действительности? Вся доказательная база мухинцев сводится к обычному для них: "Мамой клянусь!".

Коль уж Мухин предлагает сыграть в игру "найди фальшивку", давайте сыграем. Вот, как и у Мухина, четыре документа со сталинскими резолюциями:



Документы в верхнем ряду: РГАСПИ ф.17, оп. 166, д. 648, л. 71; там же, оп. 163, д. 1283, л. 99.

Документы в нижнем ряду: там же, оп. 163, д. 1249, л. 105; там же, оп. 166, д. 637, л. 98.

Какой из них фальшивый?

Правильный ответ: все документы – подлинные, а человек, считающий, что на такой хлипкой основе можно строить аргументацию о подложности документов явно не заслуживает гордого звания Homo sapiens.

Отмечу, что наклон резолюций, подобный наклону на записке Берии, действительно встречается реже, чем другие варианты, при этом чаще всего "нестандартно" расписывался Сталин, и реже – его сообщники. Чтобы раз и навсегда закрыть тему, приведу еще несколько примеров "нестандартного" наклона или направления росписей (и коллекция эта отнюдь не исчерпывающая).[1]


РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1255, л. 159

РГАСПИ ф. 17, оп. 166, д. 627, л. 83

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1291, л. 162

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1259, л. 5

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1291, л. 85

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1289, л. 153

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1289, л. 70

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1285, л. 118

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1284, л. 136

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1282, л. 68

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1279, л. 191

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1276, л. 14

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1275, л. 5

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1273, л. 22

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1265, л. 115

РГАСПИ ф. 17, оп. 166, д. 667, л. 12

РГАСПИ ф. 17, оп. 163, д. 1256, л. 6

РГАСПИ ф. 644, оп. 2, д. 170, л. 15
http://rusarchives.ru/victory65/pages/13_74_2.htm


С Мухиным пока все. Теперь посмотрим что пишут по поводу помет на письме Берии знатные катынские "ниспровергатели" Сергей Стрыгин и Владислав Швед (Тайна Катыни, М.:Алгоритм, 2007, с. 158):Помимо этого возникают вопросы и по первому листу записки. Загадочно расположение резолюций на записке Берии. Вместо общепринятой направленности слева - направо и снизу – вверх, Сталин, а за ним Ворошилов, Молотов и Микоян расписались слева - направо, но сверху – вниз. Подобное в документах не встречается, так как документ, повернутый направо, затруднен для чтения. То есть хваленые "исследователи" перепели не только мухинский абсурд про "затрудненный для чтения" документ, но и откровенную ложь про то, что в других документах такой наклон не встречается. Но в отличие от Мухина, который в архивах наверное не был ни разу в жизни, как минимум один из авторов антикатынского пасквиля посещал РГАСПИ и должен был знать о том, что данное утверждение ложно.

И еще перл:Необходимо также отметить, что письма за подписью Берии, исходящие из секретариата НКВД, в феврале и марте 1940 г. отмечались строчной литерой "б", а не заглавной литерой "Б", как в письме № 794. Все эти необъяснимые несоответствия невольно наводят на мысль о том, что, возможно, мы имеем дело лишь с частью подлинной записки Берии.И снова для начала взглянем на этот аргумент с чисто формальной стороны. Что такое литера "Б" (или "б") в номерах бериевских писем? Это первая буква его фамилии. Точно так же документы Меркулова обозначались литерой "м", документы Андропова – литерой "А" и так далее. Никакого иного смысла данная литера в себе не несет. А значит нет никакой смысловой разницы между строчным и заглавным написанием. Работники Секретариата НКВД могли вставлять как заглавные, так и строчные литеры по своему вкусу или обыкновению, никаких правил в данном случае не было и быть не могло. А значит многозначительная фраза "письма за подписью Берии, исходящие из секретариата НКВД, в феврале и марте 1940 г. отмечались строчной литерой "б", а не заглавной литерой "Б"" – просто бессмыслица.

Но самое веселое здесь вот в чем: Стрыгин и Швед не удосужились даже пролистать опубликованные факсимильные изображения записок Берии. Если бы они проделали эту необходимую процедуру, они обнаружили бы во втором томе польского издания катынских документов хранящийся в ЦА ФСБ отпуск (т.е. экземпляр из-под копирки) записки Берии Серову и Цанаве номер 892/Б (заглавная "Б"!) от 7 марта 1940 года. Впрочем, Алексей Памятных об этом уже писал.

Просто вдумайтесь: авторы снова пишут с такой уверенностью, как будто они действительно просмотрели письма Берии за февраль-март. Что это, если не откровенная ложь? Ведь либо они просматривали письма, и знают, что заглавная литера использовалась. Либо они не просматривали их, и тогда не имели права делать какие-либо выводы. Та же история, что и с "нестандартным" наклоном резолюций.

Казалось бы, хуже уже быть не может. Но один из авторов – Владислав Швед – переплюнул самого себя (вместе со Стрыгиным). В совершенно безграмотной заметке "Ещё раз о записке Берия [sic - С.Р.]" (см. мой на нее ответ) он сделал такое глубокомысленное замечание: Подпись Берия[sic - С.Р.] в отличие от подписей членов Политбюро Молотова, Микояна, Ворошилова на всех исследованных документах каллиграфична и практически всегда идентична. Она, как правило, находится правее и почти не захватывает наименование должности "народный комиссар внутренних дел". В записке №794/Б подпись Берия[sic - С.Р.] частично находится под наименованием должности "...их дел". Правда при этом добавил:Однако, как уже отмечалось, все эти признаки носят двойственный характер и могут быть основанием только для настояния осуществить независимую официальную экспертизу, но не для утверждения о безусловной фальсификации записки.Однако данный "признак" не может быть основанием вообще ни для чего. Он опять основан на "факте", взятом с потолка. Вот пара подписей Берии из сборника Armia Polska w ZSSR 1941-1942 (Warszawa, 1992):


Берия Сталину, 30 ноября 1941 года, 2939/б

 


Берия Сталину, 14 марта 1942 года, 380/б



Ну и несколько архивных ссылок на аналогичные документы: РГАСПИ ф. 69, оп. 1, д. 745, лл. 1-3; ф. 17, оп. 163: д. 1248, л. 165; д. 1252, лл. 5, 7; д. 1268, лл. 131-133; д. 1273, л. 148; д. 1277, л. 124; д. 1295, лл. 94-96, 110; д. 1302, л. 208; оп. 166: д. 615, лл. 47-48; д. 617, л. 24; д. 626 лл. 24-25; д. 630, л. 162; д. 631, л. 77; д. 632, лл. 119-121; д. 644, лл. 187-188.

То, что Швед и прочие вынуждены прибегать к подобного рода "аргументам", красноречиво свидетельствует о реальном интеллектуальном содержании "катынского ревизионизма".

Ну и еще замечание напоследок. Швед пишет:
Особо следует сказать о подписях членов ПБ. Подпись Сталина на документах исследуемого периода, как правило, состояла из слова "за", переходящего в букву "И", точки, похожей на вертикальную палочку и двух букв "Ст", оканчивающихся загогулиной. Однако на записке Берии Председателю СНК СССР Молотову № 657/б от 23 февраля 1940 г. Сталин расписался полностью - "за Сталин". Подписи членов ПБ Молотова, Ворошилова, Микояна на разных документах варьируются. Поэтому не специалистам акцентировать вопрос идентичности подписей на записках Берия бессмысленно.Однако специалисты уже сказали свое веское слово (Заключение комиссии экспертов Главной военной прокуратуры по уголовному делу № 159 о расстреле польских военнопленных из Козельского, Осташковского и Старобельского спецлагерей НКВД в апреле-мае 1940 г, 2 августа 1993 года):Подлинность записки и постановления Политбюро от 5 марта 1940 г. была подтверждена почерковедческой и криминалистической экспертизами.

А. Ю. Яблоков, который вел следствие по катынскому делу, пишет (Новая газета, спецвыпуск "Правда ГУЛАГа", 22.04.2009, "Виновным назначен Берия"), что:с участием судебных экспертов из ВНИИСЭ и ЦСМЛ МО РФ были назначены и проведены комиссионные, судебные, технические и почерковедческие экспертизы, подтвердившие подлинность этих документов, а также, что подписи, выполненные на этих документах от имени Сталина, Ворошилова, Молотова, Микояна, Берии, были исполнены именно этими лицами.

Основанное на вранье и собственной дремучести нытье НЕспециалистов в расчет, боюсь, не принимается.

Подведем итоги. Во-первых, аргументы катынских "ниспровергателей" о рукописных пометах (резолюциях, подписях и т.п.) на записке Берии основаны на абсурдной "умственной акробатике" и некомпетентности. Во-вторых, они опровергаются архивными документами и заключениями специалистов. В-третьих, как минимум часть этих аргументов строится на откровенной лжи.


[1] Некий анонимный критик, недостойный того, чтобы здесь упоминалась даже его сетевая кличка, раскритиковал эти примеры, приведя двойной аргумент: 1. хвостик подписи не указывает на направление подписи, его указывает взаимное расположение букв в начале подписи (а значит приведенные подписи по направлению - якобы либо "снизу вверх", либо, максимум, "горизонтальные"); 2. направление подписи на катынской записке Берии определяется направлением подчеркивания под подписью. Однако второй пункт ни на чем не основан. Из направления подчеркивания никак не следует направление подписи. Если же проигнорировать и подчеркивание (как необоснованный аргумент), и хвостик подписи (согласно первому пункту), то окажется, что по критерию самого же критика, катынская подпись - стандартная, "горизонтальная" или "снизу вверх" (ведь "С" чуть выше чем "И"). Другое дело, что критерий этот не обязательно соответствует реальности.